Немецкие поздравления с днем рождения

Перевод и понимание смыслов немецкой поэзии

Очень важной задачей является ещё и само понимание произведения. Когда вы нашли приятный по звучанию текст, вам нужно его перевести

В переносе поэтического смысла на родной язык всегда обнаруживается наибольшее количество проблем и ошибок: ведь автор не старается угодить иностранцу. Его главная цель — это ритм, рифма, так что в стихотворении могут встречаться редкие слова, сокращения, любые, в том числе устаревшие формы существительных и глаголов.

Мы советуем переводить произведение в два этапа: сначала выделить знакомые выражения и перевести со словарём все новые слова — так вы наиболее эффективно поработаете над своим словарным запасом. Вторым шагом вы должны постараться собрать все смыслы вместе — если вы не можете понять, что же имел в виду поэт не расстраивайтесь, это возможно, так как в стихотворении встречаются метафоры, скрытые смыслы и аллюзии.

Порой только носитель языка может до конца разобраться в хитросплетениях авторской мысли. Если вы попали в такую ситуацию, то поищите профессиональный перевод. Кроме того, если вы только начинаете изучать немецкий язык, то постарайтесь заранее выбирать те произведения (часто это популярные стихи) у которых гарантированно есть заверенный перевод.

Сероглазый король / König Grauauge

König Grauauge
 
Sei mir gerühmt, unausweichlicher Schmerz!
König Grauauge starb gestern das Herz.
 
Der herbstliche Abend war purpurn und schwül.
Mein Mann kam nach Hause und sagte mir kühl:
 
»Weißt du, man brachte ihn heim von der Jagd,
Den Leib bei der alten Eiche man barg.
 
Die arme Königin, jung anzuschaun!
Im Lauf einer Nacht ist sie völlig ergraut.«
 
Er fand seine Pfeife auf dem Kamin
Und ging dann zur Arbeit, die nächtlich beginnt.
 
Ich wecke jetzt auf mein Töchterlein fein,
Schau in ihre Augen, die grauen, hinein.
 
Es flüstern die Pappeln vom Fenster her:
»Es gibt deinen König auf Erden nicht mehr …«
 
10. Dezember 1910
Carskoe Selo

 
 
 
Сероглазый король
 
Слава тебе, безысходная боль!
Умер вчера сероглазый король.
 
Вечер осенний был душен и ал,
Муж мой, вернувшись, спокойно сказал:
 
«Знаешь, с охоты его принесли,
Тело у старого дуба нашли.
 
Жаль королеву. Такой молодой!…
За ночь одну она стала седой».
 
Трубку свою на камине нашел
И на работу ночную ушел.
 
Дочку мою я сейчас разбужу,
В серые глазки ее погляжу.
 
А за окном шелестят тополя:
«Нет на земле твоего короля…»
 
11 декабря 1910

Гофман фон Фаллерслебен

Август Генрих Гофман фон Фаллерслебен (Hoffmann von Fallersleben) (1798-1874) — известный немецкий поэт и филолог. Фаллерслебен всю жизнь посвятил изучению истории немецких народных песен, выпустил множество песенных сборников. Но известен он тем, что в 1841 году, находясь на маленьком островке Гельголанд в Балтийском море (кстати, в те времена этот остров был частью Великобритании), сочинил текст к «Песне немцев» («Deutschland, Deutschland über alles», в переводе на русский — «Германия, Германия превыше всего»). Это событие произошло за несколько лет до Мартовской революции, причиной которой стала борьба за объединение немецких княжеств в единое государство. Патриотично настроенным немцам очень понравилась «Песня», в которой во главу ставились интересы немецкого народа и его единение.
Именно эта песня впоследствии была взята за основу будущего гимна Германии

Кстати, важно отметить, что в то время все германоязычные народы, населяющие Европу, в том числе австрийцев, было принято считать «немцами».
Начало стихотворения Гофмана фон Фаллерслебена, а именно строчки — «Германия превыше всего» означали, что для любого патриотичного немца важнее и ценнее всего должна быть только родина. Отсылка к этой строчке звучит в песне «Deutschland» группы Rammstein, разбор которой можно почитать в нашей статье

Вторая строфа текста призывала сохранить и сберечь истинную репутацию Германии, под которой подразумевались «немецкие женщины, немецкая верность, немецкое вино и немецкие песни» (и с этим трудно поспорить).
В последней части «Песни» содержался призыв к единству, праву и свободе, ведь именно они, по мнению поэта, являются залогом счастья, роста и дальнейшего процветания немецкого государства! Судьба «песни без слов».
Нельзя не рассказать о том, что в период разделения страны на две части, в ГДР был свой собственный и уникальный гимн.
Стихи к нему были написаны поэтом Йоханнесом Бехером (Johannes Becher), а музыку создал Ханс Эйслер (Hanns Eisler). За создание государственного гимна и поэт, и композитор в то время были удостоены почетной награды, им вручили Национальную премию.
Государственный гимн Германской Демократической Республики был принят в ноябре 1949 г. и получил гордое и высокое название — «Восставшая из руин» («Auferstanden aus Ruinen»). Давайте прочитаем первую часть гимна (всего же их было три):

Auferstanden aus Ruinen
Und der Zukunft zugewandt,
Laß uns dir zum Guten dienen,
Deutschland, einig Vaterland.
Alte Not gilt es zu zwingen,
Und wir zwingen sie vereint,
Denn es muß uns doch gelingen,
Daß die Sonne schön wie nie
Über Deutschland scheint.
Über Deutschland scheint.
Возрождённая из руин
И обращенная к будущему,
Будем же служить тебе во благо,
Германия, единое отечество.
Старую беду нужно преодолеть,
И преодолеем мы её вместе,
Нужно, чтобы нам удалось,
Чтобы солнце красиво как никогда
Светило над Германией,
Светило над Германией.

В истории этого гимна был один интересный факт – в те годы в условиях довольно сложных отношений между Восточной и Западной Германией его исполняли без слов, потому что в тексте явно упоминалась единая страна.
Любопытно, что после окончания Второй мировой войны немецкий гимн некоторое время вообще был инструментальным. После того, как в 1990 году пала Берлинская стена, гимн Федеративной Республики Германия стал общим, как для западной, так и для восточной части страны, несмотря на многочисленные споры. В то время многие выступали за отказ от использования текста «Песни немцев» в качестве гимна.
Однако в 1991 году президент страны Рихард фон Вайцзеккер (Richard Karl Freiherr von Weizsäcker) утвердил текст «Песни немцев» в качестве государственного гимна единой Германии, разрешив исполнять только третью, то есть последнюю строфу (повезло немцам в этом плане — выучить одну строфу, это вам не несколько куплетов нашего гимна!).
Именно в таком виде национальный гимн Германии существует и по сегодняшний день:

«Einigkeit und Recht und Freiheit
für das deutsche Vaterland!
Danach lasst uns alle streben
brüderlich mit Herz und Hand!
Einigkeit und Recht und Freiheit
sind des Glückes Unterpfand;
blüh im Glanze dieses Glückes,
blühe, deutsches Vaterland».
Единство, право и свобода
для немецкой отчизны!
Давайте все стремиться к этому
по-братски, сердцем и рукой!
Единство, право и свобода
— залог счастья.
Процветай в блеске этого счастья,
процветай, немецкая Отчизна!

Wandrers Nachtlied

Über allen Gipfeln Ist Ruh,
In allen Wipfeln Spürest du
Kaum einen Hauch; Die Vögelein schweigen im Walde.
Warte nur, balde Ruhest du auch. Wandrers Nachtlied
(ночная песнь странника = песнь на ночь: die Nacht — ночь + das Lied — песнь) Über allen Gipfeln (над всеми вершинами: der Gipfel)
Ist Ruh (покой: die Ruhe), In allen Wipfeln (во всех верхушках: der Wipfel)
Spürest du (чувствуешь ты) Kaum einen Hauch (едва = почти никакого дуновения, дыхания);
Die Vögelein (птички: das Vög(e)lein; der Vogel — птица) schweigen im Walde (молчат в лесу: der Wald). Warte nur (подожди только), balde (скоро: bald)
Ruhest du auch (ты тоже отдохнешь, обретешь покой).

Ночлег / Das Nachtlager

Die Welt ist ein Wald,
die nächtliche Heimstatt der Vögel.
brahmanisch.
‘s ist warm im finstren Wald zur Abendstunde,
Das letzte Licht in warmen Wassern flirrt.
Sink unter’s grüne Schutzdach und verstumme –
Und, wie zuhaus, erstirb.
 
Jedoch im frühen Tau des weißen Morgens
Schlag im Geäst mit deinen Flügelein,
Verschwinde dann im reinen Himmel droben –
Und kehre, Seele, heim!
 
1911

 
Ночлег
 
Мир – лес, ночной приют птицы.
Брамины.
В вечерний час тепло во мраке леса, 
И в теплых водах меркнет свет зари.
Пади во мрак зеленого навеса –
И, приютясь, замри.
 
А ранним утром, белым и росистым,
Взмахни крылом, среди листвы шурша,
И растворись, исчезни в небе чистом –
Вернись на родину, душа! 
 

В Альпах / In den Alpen

Am Gipfel, in die schneebedeckten Höhen
Schnitt meine Messerklinge ein Sonett.
Vielleicht ist, wo die Tage schnell vergehen,
Einsam meine Spur noch nicht verweht.
 
Am Gipfel, wo der Himmel blauer leuchtet,
Wo’s Winterlicht sich freudenvoll ergeht,
Sah nur allein die Sonne, wie’s Stilett
In den smaragdnen Schnee den Vers gezeichnet.
 
Mich freut es, wenn der Dichter mich versteht;
Wenn auch die Masse tief im Tal, im Seichten,
Ein solches Werk niemals in Rausch versetzt …
 
Am Gipfel, wo der Himmel blauer leuchtet,
Schnitt ich zur Abendstunde ein Sonett
Für jene, die auch solche Höhn erreichten.
 
1901

 
В Альпах
 
На высоте, на снеговой вершине,
Я вырезал стальным клинком сонет.
Проходят дни. Быть может и доныне
Снега хранят мой одинокий след.
 
На высоте, где небеса так сини,
Где радостно сияет зимний свет,
Глядело только солнце, как стилет
Чертил мой стих на изумрудной льдине.
 
И весело мне думать, что поэт
Меня поймет. Пусть никогда в долине
Его толпы не радует привет!
 
На высоте, где небеса так сини,
Я вырезал в вечерний час сонет
Лишь для того, кто на вершине.
 

Die Eine Klage / Жалоба

Wer die tiefste aller Wunden
Hat in Geist und Sinn empfunden Bittrer Trennung Schmerz; Wer geliebt was er verloren,
Lassen muss was er erkoren, Das geliebte Herz, Der versteht in Lust die Tränen
Und der Liebe ewig Sehnen Eins in Zwei zu sein,
Eins im Andern sich zu finden, Dass der Zweiheit Gränzen schwinden
Und des Daseins Pein. Wer so ganz in Herz und Sinnen
Konnt’ ein Wesen liebgewinnen O! den tröstet’s nicht
Dass für Freuden, die verloren, Neue werden neu geboren:
Jene sind’s doch nicht. Das geliebte, süße Leben,
Dieses Nehmen und dies Geben, Wort und Sinn und Blick,
Dieses Suchen und dies Finden, Dieses Denken und Empfinden
Giebt kein Gott zurück.
Тот, чья боль неисцелима,
чья душа огнём палима, смертною тоской, чья любовь — сплошные муки,
кто изведал ад разлуки с любящей душой, тот поймёт, какое счастье —
плакать от взаимной страсти, где в союзе воль
отчуждённость роковая, в единеньи исчезая,
прочь уносит боль. Кто всем сердцем и душою
существо обрёл родное, не найдёт, увы,
в новых радостях покоя вместо отнятых судьбою
— те уже мертвы. С полуслова пониманье,
счастье дара и признанья, нежность без тревог,
всё, чего душа алкала, всё, что было и пропало —
не вернёт и Бог.

(перевод с немецкого — Л.Кириллина)

Selige Sehnsucht

Sagt es niemand, nur den Weisen, Weil die Menge gleich verhöhnet,
Das Lebend’ge will ich preisen, Das nach Flammentod sich sehnet. In der Liebensnächte Kühlung,
Die dich zeugte, wo du zeugtest, Überfällt dich fremde Fühlung,
Wenn die stille Kerze leuchtet. Nicht mehr bleibest du umfangen
In der Finsternis Beschattung, Und dich reißet neu Verlangen
Auf zu höherer Begattung. Keine Ferne macht dich schwierig.
Kommst geflogen und gebannt, Und zuletzt, des Lichts begierig,
Bist du Schmetterling verbrannt. Und so lang du das nicht hast,
Dieses: Stirb und werde! Bist du nur ein trüber Gast
Auf der dunklen Erde. Selige Sehnsucht
(блаженная тоска: sich nach etwas sehnen — страстно желать чего-либо, томиться по чему-либо + die Sucht — болезненная страсть, болезненное влечение) Sagt es niemand (не говорите этого никому), nur den Weisen (только мудрым, мудрецам: der Weise),
Weil die Menge (потому что толпа: die Menge — множество, большое количество, масса; толпа) gleich verhöhnet (сразу станет насмехаться, издеваться), Das Lebend’ge will ich preisen (то живое хочу я восславить: lebendig — живой; оживленный, полный жизни),
Das nach Flammentod sich sehnet (что тоскует по пламенной смерти, что страстно стремится умереть в пламени: die Flamme — пламя + der Tod — смерть). In der Liebensnächte Kühlung (в прохладе любовных ночей, ночей любви: die Liebe — любовь; die Nacht — ночь; kühl — прохладный; die Kühlung — охлаждение; прохлада),
Die dich zeugte (которая тебя зачала, породила), wo du zeugtest (где = в которой ты зачинал, порождал), Überfällt dich fremde Fühlung (/неожиданно/ охватывает тебя странное: «чужое» ощущение, чувство: überfallen — нападать; охватить /о чувстве/; fühlen — чувствовать),
Wenn die stille Kerze leuchtet (когда светится тихая свеча). Nicht mehr bleibest du umfangen (ты больше не остаешься охваченным: umfangen — охватывать, обвивать; окружать /высок./; fangen — ловить)
In der Finsternis Beschattung (в затенении мрака: die Beschattung — затенение; der Schatten — тень; beschatten — защищать от солнца, затенять; омрачать; die Finsternis — мрак, тьма; finster — темный, мрачный), Und dich reißet neu Verlangen (и тебя влечет, охватывает новое желание: reißen — рвать; nach etwas verlangen — требовать чего-либо; крайне нуждаться в чем-либо)
Auf zu höherer Begattung (вверх, к высшему союзу, соединению; die Begattung — совокупление; begatten — оплодотворять; sich begatten — совокупляться /о животных, птицах/; hoch — высокий). Keine Ferne macht dich schwierig (никакая даль не пугает тебя: schwierig — тяжелый, сложный; fern — далеко, далекий).
Kommst geflogen (прилетаешь: «прибываешь, прилетев»: fliegen) und gebannt (и пленен, очарован: bannen — приковывать, очаровывать, пленять), Und zuletzt (и наконец, в конце концов), des Lichts begierig (жаждущий света: das Licht; begehren — желать, жаждать /высок./),
Bist du Schmetterling verbrannt (ты, мотылек, оказываешься сожженным: der Schmetterling — бабочка, мотылек; brennen — гореть; verbrennen — сжигать). Und so lang du das nicht hast (и пока у тебя этого нет),
Dieses (вот этого): Stirb und werde (умри и стань, превратись: sterben)! Bist du nur ein trüber Gast (ты лишь мрачный, печальный, хмурый гость)
Auf der dunklen Erde (на /этой/ темной земле).

Мне нравится, что вы больны не мной

Mich freut, daß Sie toll sind: nicht nach mir,

Mich freut, daß ich toll bin: nicht nach Ihnen,

Daß nie die Erde, das schwere Quartier,

Hinwegschwimmen wird unter mir und Ihnen.

Mich freut, daß ich weiterhin undressiert

Und lustig bleib, ohne die Dame zu mimen,

Und nicht erröte in schlecht ersticker Gier,

Weil unsre Ärmel sich zu streifen schienen.

 
Auch freut mich, daß Sie vor meinen Augen

In Herzensruhe die andere umschlißen

Und nicht prophezein, daß ich auf Höllenalaun

Geröstet werde, weil nicht Sie ich küsse;

Daß Sie, Zärtlicher, den zarten Laut

Meines Namens nicht tagnächtlich nutzlos aufbieten,

Daß nie man im stillen Kirchenstaub

Ein Jubellied singen wird, uns zu grüßen.

 
Ich danke Ihnen — Herz und Hand! — dafür,

Daß Sie mich unwissend in Ihnen

Tragen: für meine nächtlich stille Tür,

Die seltenen Treffen unter Dämmenrgardinen,

Die Nichtspaziergänge im Mondrevier,

Für unsre Köpfe, nicht von Sonne beschienen —

Dafür, daß Sie toll sind — leider — nicht nach mir,

Dafür, daß ich toll bin — leider — nicht nach Ihnen!

 
Übersetzung von Richard Pietraß

Мне нравится, что вы больны не мной,

Мне нравится, что я больна не вами,

Что никогда тяжелый шар земной

Не уплывет под нашими ногами.

Мне нравится, что можно быть смешной — 

Распущенной — и не играть словами,

И не краснеть удушливой волной,

Слегка соприкоснувшись рукавами.

 
Мне нравится еще, что вы при мне

Спокойно обнимаете другую,

Не прочите мне в адовом огне

Гореть за то, что я вас не целую.

Что имя нежное мое, мой нежный, не

Упоминаете ни днем, ни ночью — всуе…

Что никогда в церковной тишине

Не пропоют над нами: аллилуйя!

 
Спасибо вам и сердцем и рукой

За то, что вы меня — не зная сами! —

Так любите: за мой ночной покой,

За редкость встреч закатными часами,

За наши не-гулянья под луной,

За солнце, не у нас над головами, —

За то, что вы больны — увы! — не мной,

За то, что я больна — увы! — не вами!

 
3 Мая 1915

Всех мастей и красок

После того, как вы осознали всю пользу немецкой поэзии, вам пора подобрать для себя стихотворение. Конечно, они бывают разные. Ориентироваться нужно на два базовых критерияваш уровень немецкого языка и ту академическую цель, которую вы можете достичь благодаря стихотворению. Начнём со второго пункта.

В целом, поэзию на иностранном языке можно разделить на четыре группы

Детские стишки (они простые, и в них поднимаются соответствующие возрасту темы);Взрослая поэзия (лёгкая и трудная, в зависимости от уровня языка);Грамматические/лексические стихи (написанные не поэтами, а лингвистами. В самих произведениях отрабатываются конкретные правила либо они помогают выучить какую-то лексическую тему);Переведённые на немецкий стихотворения поэтов из других стран, в том числе из России.

Самый оптимальный вариант — это начинать с простых стихотворений, написанных изначально на немецком языке. Специализированные стишки (грамматические) стоит искать только тогда, когда вы хотите отработать какую-то конкретную тему, а к переводам лучше относится насторожено.

Дело в том, что перевод — это всегда искусственная конструкция, и если ваша цель — именно понимание языка, его мелодичности, его стилистики, то начинать нужно с оригинальной поэзии. А к переводам переходить уже после освоения немецкоязычных произведений.

Из этого выйдет толк!

Доказанный факт: учить стихи на иностранном языке — занятие трудное, но очень полезное. Существует несколько причин, почему вечером вам стоит открыть сборник стихотворений и начать учить одно из них.

Восприятие на слух

И в родном, и в иностранном языке стихотворения выполняют значимую функцию: они помогают адаптироваться к быстрому произношению, которое характерно для разговорной речи. Рифма, которой отличается поэзия, подсказывает следующее слово, поэтому рифмованные тексты в разы легче запомнить, чем отрывки прозы.

Курс на иностранные слова

Учить слова проще, когда они разбиты на темы. То есть, когда в лексике есть какой-то порядок, то и мозгу легче понять, к какой области относится группа слов, чтобы закрепить за ними место в долговременной памяти. Кроме того, что слова в стихотворениях, особенно базового уровня, объединены одной темой, они произносятся в такт. Это тоже помогает запоминать новые выражения быстрее.

Ещё один плюс стихотворений — эмоции. Благодаря тому, что поэзия чаще всего экспрессивна, она задаёт определенное настроение. Как известно, всё, что вызывает у нас эмоции намного глубже оседает в нашей памяти и без всякой зубрёжки.

Произношение

Чтобы выучить даже небольшое стихотворение, нам нужно прочитать его вслух много раз. В это время активно работают визуальная и слуховая память, которые помогают новым выражениям зацепиться в голове. Так, незаметно для себя мы запоминаем не только иностранные слова, но и то, как они пишутся и звучат.

Каждый раз, когда вы будете читать кому-то выученное стихотворение на немецком, вы будете отрабатывать его произношение, а значит, тренировать собственную устную речь.

Der Abschied / Прощание

Lass mein Aug den Abschied sagen, Den mein Mund nicht nehmen kann!
Schwer, wie schwer ist er zu tragen! Und ich bin doch sonst ein Mann. Traurig wird in dieser Stunde
Selbst der Liebe süßtes Pfand, Kalt der Kuss von deinem Munde,
Matt der Druck von deiner Hand. Sonst, ein leicht gestohlnes Mäulchen,
O wie hat es mich entzückt! So erfreuet uns ein Veilchen,
Das man früh im März gepflückt. Doch ich pflücke nun kein Kränzchen,
Keine Rose mehr für dich. Frühling ist es, liebes Fränzchen,
Aber leider Herbst für mich!Дай проститься взглядом только, Не смогу словами ввек!
Сколько боли, Боже, сколько! Но я – сильный человек. Грустным станет в час прощанья
И залог любви самой: Вялых рук твоих касанья,
Поцелуй твой ледяной. А когда-то ротик томный
Неизменно волновал, Словно цвет фиалок скромный,
Тех, что в марте собирал. Не плету венков с тобою,
Роз тебе уж не дарю, Ведь, Франциска, я весною
Встретил осени зарю!

Молитва / Gebet

Schenk mir, Christus, doch ein Wunder,

Jetzt, sofort, bei Tagesanbruch!

O lass mich sterben, in dieser Stunde,

Solang noch das Leben für mich wie ein Buch.

 
Halt mir nicht klug das Wort entgegen:

»Dulde, noch ist’s nicht so weit.«

Du hast mir selbst – so viel gegeben!

Ich möchte jetzt gehn – alle Wege zugleich!

 
Vor allem: als Zigeunermädchen

Raubzüge machen mit Gesang;

Als Amazone Kriege bestehen;

Für alle leiden bei Orgelklang;

 
Im schwarzen Turm die Sterne deuten;

Kinder aus dem Dunkel führn …

Das Gestern zur Legende weiten,

Mich jeden Tag im Wahn verirrn.

 
Ich lieb das Kreuz, die Seide, Lerchen

Und meiner Seele schnelle Bahn.

Nach einer Kindheit wie im Märchen,

Schenk mir den Tod mit siebzehn Jahrn!

 
26. September 1909

Tarussa

 
 
Христос и Бог! Я жажду чуда

Теперь, сейчас, в начале дня!

О, дай мне умереть, покуда

Вся жизнь как книга для меня.

 
Ты мудрый, ты не скажешь строго:

– «Терпи, еще не кончен срок».

Ты сам мне подал – слишком много!

Я жажду сразу – всех дорог!

 
Всего хочу: с душой цыгана

Идти под песни за разбой,

За всех страдать под звук органа

И амазонкой мчаться в бой;

 
Гадать по звездам в черной башне,

Вести детей вперед, сквозь тень …

Чтоб был легендой – день вчерашний,

Чтоб был безумьем – каждый день!

 
Люблю я крест, и щелк, и каски,

Моя душа мгновенний след …

Ты дал мне детство – лучше сказки

И дай мне смерть – в семнадцать лет!

 
26 сентября 1909,

Für Asja / Асе

Für Asja

 
1

 
Wir sind schnelle, von der frischen Sorte,

Mit geschärftem Hirn.

In jeder Geste, jedem Blick und Worte

Ein schwesterliches Zweigestirn.

 
Launenhaft sind unsre Zärtlichkeiten,

Fein vor allen Dingen,

Wir sind aus Damaskus alten Zeiten –

Zwei gezogne Klingen.

 
Weg mit Scheunen und Getreidelasten,

Lass die Ochsen heulen!

Wir sind zwei, die in den Himmel rasten,

Sind zwei schnelle Pfeile.

 
Auf dem Markt der Welt sind wir alleine

Sündenfrei.

Wir – aus William Shakespeares Werk die reinsten

Verse – zwei.

 
11. Juni 1913

 
 
Асе

 
1

 
Мы быстры и наготове,

Мы остры.

В каждом жесте, в каждом взгляде, в каждом слове. –

Две сестры.

 
Своенравна наша ласка

И тонка,

Мы из старого Дамаска –

Два клинка.

 
Прочь, гумно и бремя хлеба,

И волы!

Мы – натянутые в небо

Две стрелы!

 
Мы одни на рынке мира

Без греха.

Мы – из Вильяма Шекспира

Два стиха.

 
11 июля 1913 Ein Vorfahr von mir – spielte Fiedel,

Ein reitender Räuber er war.

Drum sind meine Sitten von Übel.

Es duftet nach Windzug mein Haar!

 
Stiehlt er nicht, der Braune, vom Wagen

Mit meiner Hand – Aprikosen?

Es ist für mein Tun anzuklagen

Der Lockige mit schiefer Nase.

 
Die Heckenrose er drehte

Im Mund, während Landmänner pflügten.

Er war kein sehr guter Gefährte,

Doch zärtlich und kühn in der Liebe.

 
Er liebte Perlen, den Mond, seine Pfeife,

Der Nachbarschaft lieblichste Frauen.

Mir scheint, es war wohl auch feige,

Mein Vorfahr mit hellgelben Augen.

 
Er hat seine Seele dem Teufel verkauft,

Um Mitternacht sich nicht zum Friedhof getraut!

Ein Messer, hab ich mir gedacht, –

Steckte verborgen im Stiefelschaft.

 
Und nicht nur einmal sprang er hervor

Hinter der Ecke – katzengleich – rüde …

Aus mancherlei Gründen kommt’s mir so vor,

Als spielte er nie auf der Fiedel!

 
Und so wie der Schnee vom vergangenen Jahr

War ihm alles egal. Nur höher im Norden

Bin ich, wie mein ehrloser Vorfahr es war,

Ein Vagant, nur als Dichter, geworden.

 
23. Juni 1915

 
*****

 
Какой-нибудь предок мой был – скрипач,

Наездник и вор при этом.

Не потому ли мой нрав бродяч

И волосы пахнут ветром!

 
Не он ли, смуглый, крадет с арбы

Рукой моей – абрикосы,

Виновник страстной моей судьбы,

Курчавый и горбоносый.

 
Дивясь на пахаря за сохой,

Вертел между губ – шиповник.

Плохой товарищ он был, – лихой

И ласковый был любовник!

 
Любитель трубки, луны и бус,

И всех молодых соседок …

Еще мне думается, что – трус

Был мой желтоглазый предок.

 
Что, душу чёрту продав за грощ,

Он в поночь не шел кладбищем!

Еще мне думается, что нож

Носил он за голенищем.

 
Что не однажды из-за угла

Он прыгал –- как кошка – гибкий …

И почему-то я понала,

Что он – не играл на скрипке!

 
И было всё ему нипочем, –

Как снег прошлогодний – летом!

Таким мой предок был скрипачом.

Я стала – таким поэтом.

 
23 июня 1915 Der verblichne Foliant hier

Hat für Frauen keinen Wert. –

Die ersehnte Ars Amandi

Einer Frau ist ganz die Erde.

 
Herz – ein Hexentrank der Liebe –

Mehr als alle treu.

Frauen sind schon in der Wiege

Jemands tiefer Sündenfall.

 
Ach, zum Himmel ist’s zu weit!

Lippen nahn im nächtgen Blau …

– Gott, kein Strafgericht! – Du weiltest

Hier auf Erden nie als Frau!

 
29. September 1915

 
*****

 
В гибельном фолианте

Нету соблазна для

Женщины. – Ars Amandi

Женщине – вся земля.

 
Сердце – любовных зелий

Зелье – вернее всех.

Женщина с колыбели

Чей-нибудь смертный грех.

 
Ах, далеко до неба!

Губы – близки во мгле …

– Бог, не суди! – Ты не был

Женщиной на земле!

 
29 сентября 1915

Без меня / Ohne mich

Ohne mich
 
Es naht der Tag, an dem ich geh;
Doch in der leeren Kammer hier
Desgleichen Tisch und Bänkchen stehn,
Vom simplen Heilgenbild geziert.
 
Desgleichen fliegt schon bald herein
Des Seidenspinners Farbenpracht;
Er flattert, rauscht und zittert fein
An dieser blauen Decke sacht.
 
Genau so schaut der Himmelsgrund
Herein durchs offne Fenster – und
Es lockt das ebne blaue Meer
In seine Weite, öd und leer.

 
 
Без меня
 
Настанет день — исчезну я,
А в этой комнате пустой 
Все то же будет: стол, скамья
Да образ, древний и простой.
 
И так же будет залетать
Цветная бабочка в шелку,
Порхать, шуршать и трепетать
По голубому потолку.
 
И так же будет неба дно
Смотреть в открытое окно,
И море ровной синевой
Манить в простор пустынный свой.

Mignon

Kennst du das Land, wo die Zitronen blühn, Im dunkeln Laub die Goldorangen glühn,
Ein sanfter Wind vom blauen Himmel weht, Die Myrte still und hoch der Lorbeer steht,
Kennst du es wohl? Dahin, dahin
Möcht ich mit dir, o mein Geliebter, ziehn. Kennst du das Haus? Auf Säulen ruht sein Dach,
Es glänzt der Saal, es schimmert das Gemach, Und Marmorbilder stehn und sehn mich an:
Was hat man dir, du armes Kind, getan? — Kennst du es wohl?
Dahin, dahin Möcht ich mit dir, o mein Beschützer, ziehn. Kennst du den Berg und seinen Wolkensteg?
Das Maultier sucht im Nebel seinen Weg, In Höhlen wohnt der Drachen alte Brut,
Es stürzt der Fels und über ihn die Flut; Kennst du ihn wohl?
Dahin, dahin Geht unser Weg! o Vater, lass uns ziehn! Mignon
(Миньона — персонаж романа Гёте “Wilhelm Meister” — девочка, присоединившаяся к труппе странствующих актеров. Живя в туманной Германии, она мечтает о яркой солнечной стране, где прошло ее раннее детство.) Kennst du das Land (знаешь /ли/ ты страну), wo die Zitronen blühn (где цветут, расцветают лимонные деревья; die Zitrone — лимон),
Im dunkeln Laub (в темной листве: das Laub) die Goldorangen (золотые апельсины: das Gold — золото + die Orange — апельсин) glühn (рдеют, пламенеют; glühen — накаляться, гореть, пылать), Ein sanfter Wind (тихий ветер: sanft — кроткий, мягкий, нежный) vom blauen Himmel weht (веет с голубого неба: der Himmel),
Die Myrte still (мирт тихо, безмолвно) und hoch der Lorbeer steht (а лавр высоко стоит), Kennst du es wohl (знаешь ли ты ее /страну/)?
Dahin (туда), dahin Möcht ich mit dir (хотела бы я с тобой), o mein Geliebter (о мой возлюбленный), ziehn (отправиться, уйти, уехать). Kennst du das Haus (дом)? Auf Säulen ruht sein Dach (на колоннах покоится его крыша: die Säule; das Dach),
Es glänzt der Saal (блистает зал), es schimmert das Gemach (светится покой: schimmern — мерцать, поблескивать, слабо светиться; das Gemach — большая /парадная/ комната, покой /уст./), Und Marmorbilder (и мраморные статуи: der Marmor — мрамор + das Bild — картина, изображение) stehn und sehn mich an (стоят и смотрят на меня):
Was hat man dir (что с тобой: «тебе»), du armes Kind (бедное дитя), getan (сделали: tun)? — Kennst du es wohl?
Dahin, dahin Möcht ich mit dir, o mein Beschützer (о мой защитник, покровитель; beschützen — защищать, оберегать), ziehn. Kennst du den Berg (гору) und seinen Wolkensteg (и ее: «его» облачную тропу: die Wolke — облако + der Steg — тропинка)?
Das Maultier sucht im Nebel seinen Weg (мул ищет в тумане свой путь: der Nebel), In Höhlen (в пещерах: die Höhle) wohnt der Drachen alte Brut (живет драконов старое семя: der Drache — дракон; die Brut — выводок; brüten — высиживать птенцов),
Es stürzt der Fels (отвесно ниспадает скала: stürzen — падать, свалиться) und über ihn die Flut (а через нее: «через него», по ней — поток); Kennst du ihn wohl?
Dahin, dahin Geht unser Weg (идет = лежит наш путь)! o Vater (о отец), lass uns ziehn (давай отправимся: lassen — оставлять; пускать; uns — нас)!

Александру Блоку / Für Alexander Blok

Für Alexander Blok
 
Ich besuchte diesen Dichter
Gegen Mittag. Es war Sonntag.
Leise war’s im großen Zimmer,
Vor den Fenstern stand der Frost.
 
Dort, die himbeerrote Sonne
Über blau-zerzaustem Nebel …
Wie der Hausherr, still und schweigsam
Mich durchschauend, auf mich schaut.
 
Seine Augen waren solche,
Dass kein Mensch sie je vergäße,
Deshalb war’s aus Vorsicht besser
Gar nicht erst hineinzuschaun.
 
Doch ich denk an die Gespräche,
Mittagsnebel, an den Sonntag
In dem grauen, hohen Hause,
Wo ins Meer die Newa fließt.
 
Januar 1914

 
 
Александру Блоку
 
Я пришла к поэту в гости.
Ровно полдень

Воскресенье.
Тихо в комнате просторной,
А за окнами мороз
 
И малиновое солнце
Над лохматым сизым дымом…
Как хозяин молчаливый
Ясно смотрит на меня!
 
У него глаза такие,
Что запомнить каждый должен;
Мне же лучше, осторожной,
В них и вовсе не глядеть.
 
Но запомнится беседа,
Дымный полдень, воскресенье
В доме сером и высоком
У морских ворот Невы.
 
Январь 1914

Учите язык с удовольствием!

Учить стихотворения на немецком языке однозначно нужно. Это поможет вам выучить новые слова, попрактиковаться в переводе, отработать произношение, в конце концов, вы сможете познакомиться с иностранными авторами и прочитать в оригинале знаменитые произведения.

Ничего так не передает дух народа, как его язык, а в особенности, поэзия. «Языковое чутьё» развивается как раз такими маленькими шажками, как выученный стих, прочитанная статья, книга, понятый фильм — всё вместе это работает на ваши достижения в немецком, которые даются не титаническими усилиями, а приходят с интересом и удовольствием.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector